![](http://mlrtcge.by/wp-content/uploads/2022/02/4b5372a670446b00af57ab4efafedcb7_1.jpg)
Воздействие некоторых противоэпидемических мер может пагубно сказаться на будущем подрастающего поколения
Косвенные последствия пандемии для детей и подростков могут быть не менее значительными, чем последствия заражения коронавирусом, считают мировые эксперты. Воздействие некоторых противоэпидемических мер весьма пагубно сказывается на благополучии и будущем подрастающего поколения. Эту важную проблему поднимает The Guardian.
Надломленное детство…
Еще в конце 2020 года Детский фонд ООН (UNICEF) высказывал серьезную озабоченность возможностью появления «потерянного поколения» — из-за «долгосрочного воздействия» пандемии на образование и психическое здоровье детей, создающего угрозу для их будущего. Врачи бьют тревогу: пребывание дома, отсутствие общения со сверстниками, нарушение привычного, рутинного образа жизни весьма плохо сказываются на формирующейся психике, грозя обернуться катастрофой.
В обзоре исследований, выполненном Детским научно-исследовательским институтом Мердока (Австралия) под руководством профессора Шарон Голдфельд, говорится, что уже сейчас необходимо разработать меры по устранению ущерба, нанесенного пандемией здоровью и психическому благополучию детей.
По словам педиатра, дети столкнулись с «переломом, определяющим будущее целого поколения», когда ограничительные мероприятия в сфере общественного здравоохранения, такие как онлайн-обучение, социальное дистанцирование, сокращение доступа к медицинскому обслуживанию, увеличение времени, проведенного за экранами телевизоров, компьютеров и электронных гаджетов (согласно исследованиям, в пандемию в среднем на 3,2 часа в день больше!) при уменьшении возможностей участия в массовых видах спорта и играх на улице — неминуемо приведут к печальным последствиям.
Шарон Голдфельд:
Меры общественного здравоохранения привели к положительным результатам для одних, для других же обернулись негативной стороной. Те дети и подростки, условия жизни которых и до пандемии можно было отнести к неблагоприятным, пострадали особенно сильно, и это только увеличит неравенство в личностном развитии.
Множество других исследований показали, что некоторые дети и подростки, как инфицированные SARS-CoV-2, так и не болевшие COVID-19, испытывают психические расстройства, например, трудности со сном, ночные кошмары и отстраненность от друзей и сверстников.
Первый школьный локдаун в Великобритании завершился в июле 2020 года, по его результатам было проведено несколько исследований. Согласно данным организации Mental Health Foundation, заболеваемость психическими расстройствами среди школьников достигла к этому моменту 16 %. Оценки Имперского колледжа Лондона и Оксфордского университета показали, что среди детей в возрасте 4–16 лет 30 % опасались заразиться коронавирусом, 30 % тяжело переживали закрытие школ, 16 % боялись выйти из дома.
Негосударственная служба помощи детям и подросткам Великобритании Childline отмечала в период действия ограничений рост обращений по поводу проблем с психическим здоровьем детей младше 11 лет в 37 %. Установлено, что дети в возрасте от 5 до 11 лет начали чаще выражать негативные эмоции именно после закрытия школ — неадекватно и асоциально себя вели и испытывали явные психоэмоциональные проблемы.
Согласно данным сотрудников медицинского факультета Северо-Восточного университета штата Иллинойс в Чикаго, до закрытия школ в США в марте 2020 года на чувство одиночества жаловались 3,6 % детей, раздражительность и гнев испытывали 4,2 %, а после выхода из локдауна — уже 31,9 % и 23,9 % соответственно.
В Канаде метаанализ на основе 29 исследований среди более 80 тысяч детей и подростков продемонстрировал, что распространенность депрессии и беспокойства в первый год пандемии возросла в 2 раза: с 12,9 % и 11,6 % в 2019-м до 25,2 % и 20,5 % в 2020-м соответственно.
Специализированная сомнологическая клиника Лондона во время первого локдауна в Великобритании отмечала значительный рост числа обращений по поводу расстройств сна у детей от 5 до 13 лет — на 30 % больше, чем в 2019 году.
«Дети и подростки подвержены повышенному риску возникновения нарушений сна и психического здоровья. Молодые люди с уже существующими психопатологиями (включая тревогу и депрессию) и проблемами нейроразвития (синдром дефицита внимания/гиперактивности, расстройства аутистического спектра) особенно уязвимы к нарушениям сна в период перемен и неопределенности», — пишет Journal of Child Psychology and Psychiatry. На детей в целом очень плохо влияет изменение распорядка дня. В исследовании, проведенном в педиатрической клинике Восточного Онтарио (Канада), было подсчитано, что сокращение времени сна на один час влечет повышение уровня депрессии и тревожности на 1,7 %, мыслительных расстройств — на 1,3 %, замкнутости и отстраненности — на 1,1 %.
…и закрытый внутренний мир
Обзор, опубликованный в «Медицинском журнале Австралии» (MJA), включает результаты опроса, проведенного Королевской детской больницей, согласно которым треть (36 %) австралийских родителей считают, что пандемия негативно повлияла на психическое здоровье их ребенка, а 31 % и вовсе признались, что откладывали или избегали оказания медицинской помощи заболевшему или травмированному ребенку из-за опасений подхватить коронавирус.
В обзоре также приводятся данные детского телефона доверия и педиатрических отделений неотложной помощи, которые свидетельствуют о стремительном росте числа случаев психических расстройств и даже членовредительства. Николас Вуд, педиатр из детской больницы Уэстмида, слышал от маленьких пациентов слишком много признаний о том, что они не хотят выходить из дома, потому что им очень тревожно и они беспокоятся о ковиде.
Шарон Голдфельд:
Я думаю, что необходимо приложить определенные усилия для реализации программ по повышению психологической устойчивости детей, например, с помощью школы. В нашем обществе всегда существовала проблема доступа к службам поддержки психического здоровья, ведь и до пандемии не так просто было направить детей к психологу или психиатру. Сейчас же мы должны думать о доступности и расширении этих и других услуг, в которых дети, как показывает практика, очень нуждаются и которые понадобятся им и после завершения пандемии».
Из 5 000 опрошенных учителей, сообщается в обзоре MJA, только 35 % сообщили, что их ученики эффективно учатся на обычных уроках, а во время дистанционного обучения разрыв в успеваемости между благополучными и неблагополучными учениками растет в 3 раза быстрее. По словам профессора Голдфельд, некоторые семьи не располагают ресурсами и временем, необходимыми для оказания поддержки своим детям в условиях онлайн-образования.
Шарон Голдфельд:
Трудно предсказать, сколько времени потребуется тем, кто недобрал знания, чтобы наверстать упущенное, но стратегии по выявлению отстающих и целевые долгосрочные меры поддержки обучающихся со сложным социально-экономическим положением, безусловно, будут иметь решающее значение.
Шарон Голдфельд также отмечает, что даже такие сферы, как питание детей и особенно вопросы безопасного пребывания дома, пострадали из-за снижения доходов семей и потери родителями работы, а также из-за проблем с психическим здоровьем взрослых на фоне постоянного стресса. «Потеря работы и сокращение доходов — известные факторы риска жесткого воспитания и жестокого обращения с детьми», — подчеркивает профессор Голдфельд.
В отчете специалистов Службы общественного здравоохранения США, опубликованном PubMed Central, о преодолении последствий закрытия школ из-за COVID-19 для физического и психического здоровья детей отмечается, что «во время закрытия школ в связи с COVID-19 значительно возрос уровень домашнего насилия, жестокого обращения с детьми и отсутствия заботы о них. В этот напряженный период дети почти все время находятся дома со своими основными опекунами.
В дополнение к многочисленным стрессам, включающим утрату контроля, отсутствие гарантий занятости и потерю работы, школы просят родителей взять на себя роль педагогов и преподавателей. Учитывая меры социального дистанцирования, родители не могут разделить свои обязанности по воспитанию детей с теми, на кого они раньше полагались, — учителями, воспитателями детских садов, родственниками и нянями. Одновременно лица, обязанные сообщать о нарушениях (тот же школьный персонал), не в состоянии выявлять и заявлять о случаях и признаках жестокого обращения либо пренебрежения родительскими обязанностями.
Закрытие школ изменило жизнь детей и семей, а педагоги вынуждены решать, как обеспечить дистанционное обучение. Не следует забывать о том, что школы также являются важным источником неакадемической поддержки, оказывая помощь в области здравоохранения и психического здоровья, заботясь о питании и вмешиваясь в случаях жестокого обращения. Длительное закрытие школ — одно из самых разрушительных последствий в эпоху COVID-19».
Запущенные факторами стресса психические расстройства у детей и подростков демонстрируют тенденцию к продолжительному существованию, напоминают психологи. Они не исчезнут сами собой, едва закончится пандемия. Во всяком случае будут иметь отложенные последствия. Типичному «пандемийному» ребенку, склонному к затворничеству, недоверию к другим людям, конфликтному поведению, не умеющему выстраивать разносторонние коммуникации, будет непросто получить полноценное образование или состояться в той или иной профессии.
Среди мер, предложенных авторами обзора для исправления ситуации, — необходимость срочного выявления детей, нуждающихся в дополнительном внимании, целевое применение программ вмешательства и оказания помощи, увеличение инвестиций в здоровье, а также благополучное возвращение детей в школы и проведение скрининга их психического состояния.
«Медицинский вестник»